4.5.1. Захват инициативы (по Каспарову)

«Тренеры делятся не на хороших и плохих, а на храбрых и трусливых».

Хуанма Лильо

Завладение инициативой — один из столпов философии Гвардиолы. Его идеал — это скоординированный, последовательный атакующий футбол, опирающийся на постоянное владение мячом. (Хуанма Лильо описывает это взаимодействие в нападении так: «Ехать не просто в одном поезде, а в одном вагоне»).

Пеп требует от футболистов играть в пас, чтобы организовываться самим и вносить сумятицу в ряды противника. Он хочет, чтобы игроки агрессивно отбирали мяч и постоянно захватывали чужую территорию, создавая подавляющее преимущество.

«Мое видение футбола довольно просто: я люблю атаковать, атаковать и еще раз атаковать».

Прошлой зимой Пеп провел немало времени за книгой своего большого друга Гарри Каспарова «Шахматы как модель жизни». Он подробно конспектировал рассуждения гроссмейстера о том, как важно сразу же завладеть преимуществом. Идеи из книги привели Пепа в восторг: «Мы уже затрагивали тему инициативы как важной предпосылки для проведения любой атаки.

Когда мы проявляем активность сами, а не просто реагируем на действия соперника — мы контролируем ход игры. Соперник вынужден реагировать; это значит, что его выбор становится более ограниченным и предсказуемым. Занимая активную позицию, мы можем дальше заглядывать вперед и держать в руках нити игры. Пока мы продолжаем оказывать давление и создавать угрозы — мы владеем инициативой. В шахматах это может привести к неотразимой атаке. В бизнесе — к захвату большей доли рынка. На деловых переговорах — к сделке на более выгодных условиях. В политике — к повышению рейтинга. В любом случае это создает позитивный настрой, где вполне реальное качественное преимущество дополняется внутренним ощущением превосходства и неизбежной победы. Это и есть преимущество атакующего».

Дальше Каспаров разъясняет, что просто установить контроль над ситуацией на старте недостаточно — нужно доминировать на протяжении всей игры.

«Захватив инициативу, вы должны неуклонно ее развивать и укреплять. Вильгельм Стейниц (первый чемпион мира по шахматам в 1886—1894 гг.) всегда говорил, что владеющий преимуществом игрок обязан атаковать, иначе утратит это преимущество. Это динамический фактор, который может исчезнуть в одно мгновение. Инициативу можно превратить в материальную выгоду или развивать ее до тех пор, пока соперник уже просто не сможет оказывать сопротивление вашей атаке.

Это вовсе не означает, что вы концентрируете все свои силы для создания одной неотвратимой угрозы. Такой прием может сработать, но в реальной жизни, как и в шахматах, не существует эквивалента Звезды Смерти из «Звездных войн» — абсолютного оружия, способного подавить любое сопротивление. Наши оппоненты будут реагировать и готовить защитные меры, поэтому мы должны пользоваться своей инициативой творчески и сохранять стратегическое видение успеха. Атака необязательно должна быть массированной или молниеносной. Постоянное давление тоже может быть очень эффективным, так как создает долговременные слабости в позиции соперника, что, в конце концов, приводит к победе. Одно из качеств, отличающих великого шахматиста атакующего стиля, — умение максимально использовать ситуационные преимущества, не преступая опасной черты и не пытаясь достичь большего, чем возможно».

Соответствующая глава каспаровской книги в испанском переводе называется «Инициатива редко звонит дважды». Позиции автора практически идентичны идеям Гвардиолы о том, что тренер называет «фундаментом позиционной игры». Насытить определенные зоны своими игроками, чтобы обмануть оппонентов, а перед атакой отдать пятнадцать пасов, чтобы строй противника распался.

Для Пепа футбол — это процесс. «Я большой любитель вин-геров, и у нас в «Баварии» на этих позициях играют настоящие мастера. Они обеспечивают нам решающее преимущество, но перед этим мы должны вывести мяч от своих ворот, наладить игру в пас и организовать атаки... И это непросто — это долгое и сложное дело».

Каспаров пишет о шахматах в похожем ключе: «Находясь на шаг впереди, мы можем маневрировать, выводить соперника из равновесия и, в конце концов, спровоцировать образование слабостей в его лагере. Обороняющемуся приходится спешить, чтобы закрыть все бреши, но при постоянном давлении эта задача вскоре становится для него невыполнимой. Залатав одну дыру, он обнаруживает другую и так далее, пока вся оборона не дает трещину, куда вторгаются атакующие фигуры. В шахматах известен «принцип двух слабостей». Если острие атаки направлено лишь в одну точку, очень редко удается выиграть партию у сильного шахматиста. Кроме боевых действий на одном участке, мы должны применять позиционное давление для создания в лагере соперника новых слабых мест.

Итак, развитие инициативы во многом состоит из мобильности, гибкости и отвлечения внимания. Перед началом операции «Оверлорд» в Нормандии в июне 1944 года, крупнейшего морского вторжения в истории, союзники широко использовали диверсионную тактику, чтобы отвлечь внимание нацистов и не дать им возможности подготовиться к обороне. Наряду с традиционными методами дезинформации противника союзники для этой цели даже создали фиктивную армию с декорациями и военной техникой в голливудском стиле, чтобы у немцев сложилось впечатление, будто численность сил вторжения вдвое превосходит действительную».

Эта идея о раннем захвате преимущества напрямую перекликается с принципами Пепа и его игроков. По сути, история футбола есть история различных учений и тех, кто эти учения формулировал и применял. Однажды за ужином в Мюнхене Гвардиола обсуждал понятие футбольной идеологии с Ноэлем Санвисенте, экс-тренером сборной Венесуэлы.

— Знаешь, Пеп, нет ничего нового под солнцем. Все, что мы делаем в футболе сейчас, как-то связано с прошлым. Нам нравится считать себя гениальными изобретателями, но на самом деле все наши идеи уже появлялись раньше, только в других формах. Что мы действительно делаем, так это адаптируем старые концепции к новым ситуациям. Меняются только внешние обстоятельства, команды и игроки... Но, так или иначе, все системы, модели или схемы, которые я применяю, кто-то уже использовал в прошлом».

— Несомненно, у всех нынешних игровых моделей можно проследить «генеалогию» в футбольной истории, — соглашается Пеп. — Возьмем, к примеру, «катеначчо». Моуринью применил его на «Камп Ноу» в 2010 году, но эта модель восходит напрямую к Нерео Рокко. В футболе ты решаешь, что ты хочешь делать и кем хочешь быть. К примеру, оборонительная стратегия, на которой основана наша игра, всегда работала блестяще — мы пропускаем меньше всех в лиге. Каждый год, без исключений.

— Так что футбол, по сути, это спор различных идеологий. Поэтому даже не так важно, проигрываем мы или побеждаем — важно, как и почему мы предпочли один игровой стиль другому. В этом непрерывном обмене идеями и заключается богатство и глубина футбола.

— Я, безусловно, стремлюсь приспосабливаться к обстоятельствам, — говорит Гвардиола. — Для меня не меняться невозможно. Тут, в Германии, я поменял манеру атаки (но не оборону — моя защитная стратегия не меняется никогда), потому что мне нужно было адаптироваться к конкретным игрокам команды. Допустим, я хочу переместить флангового нападающего в центр, а прорывами вдоль бровки пусть занимается фланговый защитник. В нужный момент оба будут подключаться в одну точку, создавая численное преимущество. Но если этот защитник не может без передышки носиться по всему флангу, восемьдесят метров туда и столько же обратно? Если я вижу, что ему не хватает скорости? Значит, нужно корректировать план, учитывать реальность. Пусть защитник смещается в центр, а нападающий остается на своем месте. Шириной атаки жертвовать нельзя, это исключено.

Разумеется, если мой фланговый защитник будет суператлетом и сможет безостановочно перемещаться от штрафной до штрафной, это совсем другое дело. Но я отчетливо вижу, что таких игроков становится все меньше и меньше. Таких монстров, которые целый сезон могут носиться как угорелые по всему флангу, восемьдесят метров вперед и восемьдесят назад. Даже если найдутся парни, которые это выдержат на протяжении одного сезона, в следующем они уже будут мучиться, а еще через год «сдохнут». Подчеркну, я говорю сейчас о конкретной модели позиционной игры».

Стремление к доминированию в футболе всегда сопряжено с высоким риском, вся история спорта подтверждает это. Многие команды шли на такой риск, но в итоге платили высокую цену — их побеждали соперники, искушенные в «реагирующем», контратакующем футболе. Конечно, абсолютно беспроигрышных стратегий не существует. Возьмем недавние полуфиналы «Баварии» против «Атлетико». Мюнхенцы буквально вжали соперника в его штрафную, доминировали с первой и до последней минуты, постоянно атаковали, создали не менее 53 голевых моментов за два матча — рекорд Лиги чемпионов. В игре «Баварии» было все: скорость, агрессия, упорство. Но хватило всего пары неудачных решений Боатенга (неточный пас, опрометчивое решение прессинговать), секундного промедления Алонсо и неуверенного касания Алабы, чтобы «Атлетико» забил решающий мяч на выезде и выбил команду Пепа из турнира. Все, над чем мюнхенцы так тяжело работали на протяжении сезона, пошло прахом, а Гвардиоле вновь пришлось натерпеться резкой критики со всех сторон.

Рискованная стратегия, что тут говорить. Но на такой риск идет любой, кто отваживается выйти за рамки и применить нестандартное мышление в любой сфере жизни. Дело может закончиться либо громким успехом, либо столь же громким провалом, однако переубедить таких людей нельзя — с тем же успехом можно посоветовать льву перейти на диету из бабочек.

Это, однако, вовсе не означает, что Гвардиола — безрассудный человек, бросающий футболистов на произвол судьбы. Совсем наоборот! «Я стремлюсь научить их всем элементам моей игры, помочь им максимально развить способности и в то же время снизить риски до минимума».

Команды Пепа, «Барселона» и «Бавария», всегда пропускали меньше всех конкурентов в чемпионате. Даже в том единственном сезоне, когда Пеп довольствовался вторым местом (в сезоне 2011/12 его обошел Моуринью), защита «Барселоны» все равно оказалась лучшей в Примере. А в последнем мюнхенском сезоне Гвардиола улучшил все показатели: «Бавария» пропускала в среднем 0,5 гола за игру после 0,68 в первом сезоне и 0,53 — во втором. И это с учетом труднейшего отрезка, когда тренеру приходилось выпускать в центре обороны пару Киммих — Алаба.

Эрнесто Вальверде, тренер «Атлетика» и хороший друг Гвар-диолы, делится со мной мнением: «Главное достижение Пепа в «Барсе» и «Баварии» заключалось в том, что он научил игроков организовывать почти непроходимую оборону. Большинство считает сильнейшим качеством Пепа атаку, но я с этим не согласен. Его позиционный футбол обеспечивает великолепное нападение, но по-настоящему гениальными были его решения в защите».

Гвардиола не прочь добиться еще большего превосходства. «Мой идеал — запереть всех 11 игроков соперника на их половине поля, чтоб они даже центральную линию пересечь не могли. Для этого нужно исключительно тщательно выстраивать собственную оборону. Марсело [Бьелса] попал в яблочко, когда сказал: «Все вокруг защищают маленькие участки, а атакуют широко. Я же, напротив, хочу в атаке бить по маленьким участкам, а защищать все поле». Разумеется, даже если один или два ваших футболиста не могут играть в такой футбол, от затеи нужно отказываться. Но если все хотят и могут играть именно так — тогда я бы с удовольствием запер соперников на их половине и не давал бы им коснуться мяча все девяносто минут. У меня возникла эта идея после разговора с Марсело. Мы встретились в Буэнос-Айресе, чтобы побеседовать о футболе. С такими умными людьми общаться полезно. Так вот, чтобы все сработало как надо, вам нужны не только талантливые, но и терпеливые игроки. Они должны понимать, что вмешаться в борьбу раньше времени означает погубить все дело. Вот чего очень сложно добиться в элитных командах: разъяснить футболистам, что иногда нужно держаться в стороне. В этом случае, когда придет пас, напротив будет только один игрок соперника, а то и вовсе никого. Игрокам столь высокого уровня трудно свыкнуться с этой идеей. Нужно терпеливо ждать, пока не придет мяч».

Несомненно, такой подход делает команду уязвимой для внезапных контратак. Мы видели это тысячу раз. Тщательно спланированная атака запирает противников в штрафной, они сражаются из последних сил... но тут кто-то из ваших ошибается, оппоненты перехватывают мяч и несутся вперед. Прорыв линии, КАТАСТРОФА — мяч в сетке. От угрозы контратаки никуда не деться. Но мы много раз видели и другое развитие событий. Команда, притиснутая к своим воротам, пропускает гол за голом от доминирующего соперника.

Команды Гвардиолы всегда будут играть в доминирующий, атакующий футбол, сопряженный с большим риском. По-другому он просто не может. Да и что такое футбол, в конце концов, как не игра с высокими ставками и щедрыми наградами?