Глава 17 Одна ночь в Москве

Глава 17

Одна ночь в Москве

До московского финала Лиги чемпионов-2008 я был действующим обладателем, возможно, худшей статистики послематчевых пенальти. Я проиграл в серии одиннадцатиметровых два полуфинала с «Абердином», еврокубковый плей-офф с «Абердином», матч Кубка Англии на «Олд Траффорд» против «Саутгемптона», финал Кубка Англии против «Арсенала» и матч Кубка УЕФА в Москве[92]. Шесть поражений и одна победа — неутешительный бэкграунд, с которым я наблюдал, как Карлос Тевес ставит мяч на точку, чтобы начать серию против «Челси» в родном городе Романа Абрамовича[93].

Учитывая эти воспоминания, трудно было сохранять оптимизм. Прошлые разочарования крутились в голове, когда матч перешел в овертайм и плавно перетек в следующие сутки. Игра началась в 22.45 по местному времени. Когда ван дер Сар парировал удар Николя Анелька, я едва мог встать с кресла, поскольку не верил, что мы победили. Несколько мгновений я стоял недвижимо. Роналду по-прежнему лежал на газоне и плакал из-за промаха в серии пенальти.

Наш тренер вратарей собрал всю информацию, которую только можно было найти, и показал ван дер Сару на видео, куда может пробить каждый футболист «Челси». Несколько дней мы обсуждали порядок ударов наших игроков. Все чувствовали себя хорошо, кроме Роналду, который реализовывал одиннадцатиметровые на протяжении всего сезона. У Гиггза вышел лучший удар: сильно и низом впритирку со штангой. Харгривз выстрелил в верхний угол. Нани повезло, голкипер достал его удар, но мяч от перчаток залетел в сетку. Кэррик пробил по центру. Роналду засомневался и остановился.

Джону Терри оставалось реализовать свой удар, чтобы принести «Челси» победу. В тот момент я молчал и думал, что сказать игрокам. Я знал, что после поражения нужно осторожно выбирать слова. Несправедливо пихать им, после того, как парни дошли до финала Лиги чемпионов, они тяжело работали, чтобы попасть сюда. Это глубоко эмоциональный момент после жаркой борьбы. Когда Терри промазал, и серия продолжилась до первого промаха, оптимизм вернулся ко мне. Удар Андерсона заставил наших фанов вскочить с кресел, бразилец побежал к ним праздновать гол.

Они вернулись в дело. Пенальти били в ворота, за которыми сидели наши болельщики, что давало преимущество.

Московский финал во всех отношениях отличался от других. Часовой пояс — первая особенность, матч начался в 22.45. Я помню, что дождь не переставал и испортил мои ботинки, поэтому на вечеринку после победы я пришел в кроссовках, из-за чего услышал не одну шутку от футболистов. Я знаю, нужно было взять запасную пару. Мы добрались до буфета примерно в 4-5 часов утра. Подали плохую еду, но игроки подарили Гиггзу замечательный сувенир, чтобы увековечить момент, когда он превзошел рекорд Бобби Чарльтона по количеству матчей за «МЮ».

Это была его 759-я игра[94]. Со сцены пели его имя.

Игра превратилась в настоящую драму, где некоторые наши игроки замечательно проявили себя. Думаю, Уэс Браун провел один из лучших матчей в футболке «Юнайтед», после его великолепного кросса Роналду открыл счет.

В полуфинале Майкл Эссьен играл правого защитника, и, понаблюдав за командой Аврама Гранта, я решил выпустить на левый фланг Роналду, чтобы осложнить жизнь Эссьену, номинальному полузащитнику.

В эпизоде с голом Роналду перепрыгнул Эссьена, поэтому план сработал. Полузащитник, играющий правого дефа против нападающего калибра Роналду, вызывает вопросы, и Криштиану разорвал его в клочья. Перевод Роналду налево открыл вакансию на правом краю. Я выбрал Харгривза, быстрого, энергичного, умеющего отдать длинную передачу. Он хорошо справился со своей ролью. В центре полузащиты вышли Скоулз и Кэррик, Полу пришлось покинуть поле из-за разбитого носа. Гиггз заменил его и преуспел.

Несмотря на культурный шок от Москвы и гостиницы, наши приготовления шли гладко. В полуфинале мы победили «Барселону»: ничья 0:0 в Испании и 1:0 дома. Скоулз забил волшебный мяч, классический громовой удар с 25 метров. В первые 20 минут на «Камп Ноу» мы действовали хорошо, как и всегда против «Барселоны»: попали в каркас ворот и не реализовали пенальти. Затем они перехвати инициативу, а мы прижали к своей штрафной, что мы могли сделать и в финалах ЛЧ в 2009-м и 2011-м, если бы я не хотел победить в своем стиле.

Можете назвать это тактической наивностью, но я не согласен. Мы стремились следовать нашей философии и победить в правильном стиле. В полуфиналах мы пережили множество моментов, от которых замирало сердце. Мы боролись на границе своей штрафной или даже внутри нее, отчаянно пытаясь спастись. На «Олд Траффорд» мы должны были победить крупнее, мы хорошо контратаковали. После выхода Тьерри Анри на последние 15 минут, они осаждали нас в штрафной площади. Я агонизировал на боковой линии, поглядывая на часы. Позже я назвал ту игру лучшим примером того, как болельщики стояли за свою команду. Каждый вынос мяча из нашей штрафной вызывал громовую поддержку. Анри упустил хороший момент. Мы показали великий характер. Мы выдержали мощное давление и не потеряли концентрацию.

После матча я сказал: «Игроки не имели права робеть перед соперником. От них требовалось быть мужчинами, и они были ими».

Мы всегда ценили Кубки чемпионов 1968 и 1999 годов. Мы хотели быстро взять мяч под контроль в Москве. Так и вышло. Мы играли изобретательно и азартно, могли забить три-четыре гола. Казалось, что дело закончится разгромом.

Голы могут перевернуть игру с ног на голову. «Челси» повезло перед перерывом, когда Фрэнк Лэмпард сравнял счет, а мы упустили инициативу.

«Челси» с того момента воспрянул духом и доминировал следующие 25 минут второго тайма. Дрогба пробил в штангу. Я воспринял это как сигнал к быстрым мерам по возврату контроля. Я отправил Руни направо и перевел Харгривза в центр, что позволило нам перехватить инициативу. К концу я чувствовал, что мы коллектив выдающихся игроков.

Переживая взлеты и падения на бровке, нельзя быть уверенным в зрелищности матча. Но тогда все чувствовали, что идет восхитительное представление, один из лучших финалов Кубка чемпионов. Мы с удовлетворением принимали участие в шоу, которое столь солидно представляло нашу лигу. Я должен отдать должное ван дер Сару, проявившему интеллект, отражая удар Анелька. Когда Анелька подходил к мячу, я думал — прыгни влево от себя. Эдвин, как и раньше, прыгнул вправо. За исключением предпоследнего удара Саломона Калу, Эдвин прыгал в левый от себя угол. Поэтому когда Анелька решал, куда бить, он, вероятно, был первым игроком «Челси», спросившим себя: «В какой же угол он прыгнет?» Ван дер Сар смещался влево, нервируя бьющего. Да, Анелька пробил плохо, но Эдвин выбрал правильный угол[95].

Аврам Грант — приятный человек. Я боялся, что он недостаточно силен, чтобы управлять звездами «Челси». Они ужасно вели себя в финале, выходили по одному на второй тайм, пререкались с рефери по дороге в раздевалку. Команда выходит вместе, а не бредет по одному. Судья пытался поторопить их, но футболисты не обращали на него внимания. Они испробовали все известные уловки. Вероятно, они достали судью, когда тот показал Дрогба красную карточку[96].

Дрогба удалили после стычки с Карлосом Тевесом, когда Видич подбежал, чтобы поддержать партнера. Дрогба ударил Виду в лицо. Если распускаешь руки, у тебя нет шансов. Насколько я понимаю, рефери спросил у бокового, кто был зачинщиком. И бум — Дрогба уходит враздевалку. К тому времени мы уже вернули игровое преимущество. Удаление Дрогба не стало поворотной точкой. Удар Гиггза выбили из пустых ворот. Мы создавали моменты в дополнительное время и должны были дожимать «Челси». Соперник играл на ничью и делал ставку на серию пенальти.

Несмотря на удаление тем вечером, Дрогба всегда доставлял нам неприятности[97]. Мощный и большой парень, его выделял талант забивать красивые голы, например, ударом с разворота с 28 метров. Меня удивило его отсутствие в стартовом составе в матче против нас в последние недели работы Карло Анчелотти. Торрес вышел в «основе», Дрогба появился во втором тайме, забил и вернул «Челси» в игру.

В той команде «Челси», с которой приходилось очень трудно, выделялся голкипер Петр Чех. Я мог и должен был подписать его, когда ему исполнилось 19 лет. «Челси» купил его тем летом за 8 миллионов фунтов.

Джон Терри оказывал огромное влияние на команду. Эшли Коул заряжал энергией, чтобы идти вперед. И Фрэнк Лэмпард невероятно надежно и целостно играл от штрафной до штрафной. Будучи премьером, он иногда избегал черновой работы, но играл по всему полю и почти не пропускал матчи. Вместе с Дрогба они составляли ядро команды, ее центральную пятерку, мощную силу в раздевалке.

Я ни в коем случае не думал, что «Челси» окажется под большим давлением из-за московского прошлого Абрамовича. Он сидел на трибуне, наблюдая за своими огромными вложениями. Я не думаю, что это как-то отразилось на игре. Наибольшее беспокойство у меня вызывала безопасность. Москва — город великих загадок. Я читал об Октябрьской революции и Сталине, он был хуже царей, убивал своих сограждан ради коллективизации. Мы привезли с собой двух шеф-поваров, в основном еда была хороша, в отличие от Рима, где безобразие доходило до смешного.

Что за сезон выдал в еврокубках Роналду. 42 гола для вингера? В некоторых матчах он играл центрфорварда, но в основном в наших схемах он действовал на фланге. В каждом матче он создавал себе по три момента. Однажды я смотрел, как он играл за «Реал», он раз 40 ударил по воротам.

После Москвы мы облегченно выдохнули, потому что я всегда говорил, что «Манчестер Юнайтед» должен добиваться в Европе большего. Мы в третий раз взяли Кубок чемпионов и приблизились к пяти трофеям «Ливерпуля». Я всегда чувствовал, что в обозримом будущем мы способны настичь мерсисайдцев, даже несмотря на поражения от «Барселоны» в 2009-м и 2011-м. Мы заработали дополнительное уважение в Европе.

Победив в одном из финалов против «Барселоны», мы с четырьмя кубками сравнялись бы на то время с «Аяксом» и «Баварией».

В момент триумфа мы не нашли в «Лужниках» шампанского. В отсутствие настоящего напитка, мы купили в баре какую-то шипучую жидкость.

Бог знает, что это было. «Я даже не могу предложить вам бокал шампанского», — извинился я перед Энди Роксбургом[98], который пришел в раздевалку поздравить нас. Что бы ни было в тех бутылках, мы взболтали их. Весело и абсурдно игроки передавали бутылки друг другу. Я радовался и гордился ими. Дождь вымочил меня до нитки, я переоделся в спортивный костюм. Абрамович не показывался, я вообще не помню, чтобы кто-то из «Челси» зашел к нам.

Победа в 1999-м в Барселоне пришлась на день рождения сэра Мэтта Басби. Иногда надеешься, что бог с тобой, а старина Мэтт смотрит на тебя сверху. Я не очень верю в совпадения, но есть такая штука — судьба, возможно, нам было суждено победить в Барселоне и Москве. Мэтт с «МЮ» играл в еврокубках, когда английская лига относилась к ним негативно. Мэтт оказался прав, потому что английский футбол пережил в Европе несколько славных вечеров.

Завоевав главный трофей, нужно покупать игроков, чтобы освежить команду и избежать стагнации. Через несколько недель после финала к нам присоединился Димитар Бербатов. Он числился в списке наших целей еще до перехода в «Тоттенхэм». Он фонтанировал талантами: координированный, хладнокровный и забивной, в хорошем возрасте, высокий, атлетичный. Мы нуждались в большей уверенности на последней трети поля, атакующей трети.

Дело закончилось ссорой с председателем совета директоров «Тоттенхэма» Дэниэлом Леви[99], что осложнило будущие переговоры по игрокам «шпор». После покупки Майкла Кэррика мы во второй раз прокатились на американских горках[100]. Мы закончили переговоры изможденными. С Дэниэлом невозможно обсуждать вопрос с двух точек зрения. Есть только он и его «Тоттенхэм», что совсем неплохо для «шпор».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.