КОРНИ ДЕРЕВА

КОРНИ ДЕРЕВА

Итак, с чего же началось ушу? Когда примитивные методы боя обрели вид стройной системы, которая разделилась на сотни стилей и направлений? Много авторов бесстрашно относят исток ушу за две-три, а то и за десять тысяч лет до сегодняшнего дня! Оставляя в стороне рассмотрение десятитысячелетней истории ушу (в то время эпохи неолита и мезолита еще не существовало людей современного типа), попробуем ответить на вопрос, действительно ли ушу существовало до начала нашей эры?

Проблема здесь заключается в том, что нередко многие путают воинские и боевые искусства. Воинские искусства или, дословно, «воинские приемы» (бинфа, цзюньши сюньлянь) представляли собой тренировку воинов и включали в себя стрельбу из лука, бой на мечах, владение основными видами длинного и короткого оружия умение вести бой на коне, на воде, в пешем строю, способы выработки физической силы и выносливости, поддержания здоровья воинов. К ним примыкали более сложные общие вопросы стратегии и тактики боя. Ушу (дословно: «боевые искусства») — понятие несравненно более широкое как в техническом, так и философском, и в социально-психологическом плане. Ушу в общем виде представляет собой широкий комплекс психофизических методов воспитания члена общества на основе традиционных философских доктрин, методик боя, врачевания, диетологии, ритмологии и морально-этических принципов. Несомненно, что столь широкий спектр ушу предопределил столь же широкие цели занимающихся. Ушу говорило с каждым его языком: воину помогало одерживать победы в боях с варварами, крестьянина защищало от бандитов, последователю даосизма обеспечивало долголетие, а конфуцианскому мужу придавало внутреннюю чистоту и «вскармливало» его внутреннюю природу.

Итак, уже в раннем ушу наметилось несколько аспектов — боевой, оздоровительный, показательный, сакрализующе — ритуальный. Последний аспект был тесно связан с методами практики ушу. Дело в том, что основа основ тренировки в традиционном ушу — комплексы— тао — вышли из ранних ритуальных танцев. Их целью было приобщение человека к высшему сакральному началу, постижение метафизической глубины вещей и явлений. Такая окраска позволила даже в боевых движениях прозревать священно-недосягаемое и, как говорили в Китае, «изумительно-утонченную сущность». В Китае возникли даже особые боевые танцы удао или уу» которые противостояли танцам гражданским — вэньу. В исполнении таких боевых танцев могло быть задействовано иногда несколько сот человек, в них обычно участвовали профессиональные воины, разыгрывавшие исторические батальные сцены. Самым известным боевым танцем стал танец «Большое сражение», возникший в IX в. до н. э. и дошедший в несколько трансформированном виде до эпохи Тан (618—907 гг.)—времени утонченной культуры и расцвета боевых искусств. Танец во все времена высоко ценился при дворе, и сам великий Конфуций видел его исполнение и восхищался им, хотя и считал, что боевой танец оказывает меньшее облагораживающее воздействие, чем гражданский.

Во время исполнения танца «Большое сражение» разыгрывалось самое масштабное по тем временам боевое представление, включающее бой с оружием, защиту невооруженного противника от вооруженного, приемы отбора оружия, броски и захваты. Главной темой танца было завоевание Китая одним из местных племен Чжоу, которое привело к установлению новой чжоуской династии. «Большое сражение» исполнялось не только на праздниках, но было также одним из видов тренировки воинов. Стяжение воедино воинского искусства, танца, физической культуры и ритуального действия характеризует ранние этапы становления ушу. Фактически, в древнем Китае не было системы физического воспитания, которая так или иначе не затрагивала бы боевой аспект.

Боевые танцы ценились особенно высоко, так как их создание приписывалось легендарным основателям «Поднебесной империи» — Желтому императору — Хуанди, Паньгу и другим. На территории современной провинции Цзянси существовал танец «Раздвинуть горы», в котором главное действующее лицо — «творец мира» Паньгу исполнял танец с топором и щитом. Другой танец — бой воспроизводил сражение Хуанди с мятежным подданным князем Чию. Этот танец вошел в комплекс боевых единоборств цзяоли и назывался «Игры Чию». Особое распространение он получил в III в. на территории современных провинций Хэбэй и Шаньдун, где якобы, когда-то жили племена, подвластные Чию и помогавшие ему в борьбе. Во время исполнения этого действа самые сильные мужчины, надев шлем с коровьими рогами, по двое-трое вступали в поединок друг с другом, причем при этом иногда наносились серьезные травмы. Шлем с рогами имитировал облик Чию, который имел могучее тело, коровьи рога, четыре глаза, коровьи копыта, а волосы за ушами топорщились

как мечи и трезубцы.

Постепенно ритуальные боевые танцы все теснее и теснее переплетались с методами тренировки воинов, включали в себя как чисто прикладной аспект, так и ритуальное действие. Наконец, в III—V вв. возникает единый, хотя и аморфный комплекс воинских искусств уи, который включал в себя бой с оружием, театрализованные виды борьбы цзяодиси, цзяоли и бой голыми руками шоубо и сянбо. Как выглядели ранние единоборства? Сейчас трудно дать точный ответ. Нам лишь известно. что на ристалищах присутствовали судьи, было и награждение победителей богатыми призами. Им вручались кубки, отрезы парчи, дорогие кони, расшитая одежда. На соревнованиях весовых категорий не было, да и о правилах можно говорить лишь весьма относительно. Нельзя, например, было долго держать штаны противника или отворот куртки. На древних рисунках и фресках мы встречаем изображения жестоких схваток, во время которых наносились удары в горло и пах, производились броски захватом шеи, наносились удары по суставам. Вероятно, немало людей получали травмы в таких состязаниях. Естественно, что большую популярность приобрели театрализованные поединки и показательное исполнение комплексов с оружием и голыми руками. Народное ушу сочетало всегда и показательный, и боевой аспекты ушу. До Минской эпохи (1368— 1644 гг.) дожила традиция «ходящего поединка». Во время праздника лучшие бойцы деревни или уезда шли по улицам, демонстрируя на ходу приемы, крутя над головой палки и мечи. Некоторые из них наносили друг другу удары, мечами, не повреждая партнера, что говорило об их огромной «внутренней энергии» — ци. Затем, дойдя до базарной площади, толпа останавливалась. Сооружалось несколько площадок или помостов, по углам которых вонзались в землю флажки с написанными на них иероглифами. Надпись соответствовала тому виду ушу, который будет показываться на данной площадке. По команде одновременно начиналась демонстрация десятков стилей и направлений ушу, восхищавшая народ. Особенно высоко ценились групповые показательные упражнения. Грандиозное зрелище представляла демонстрация комплексов шаолиньской палки, в которой принимало участие иногда до сотни человек.

Когда же появляется термин ушу? В III—V вв. несколько мощных потоков — воинское искусство, ритуальная практика, оккультно — мистическая даосская практика, традиционные методы воспитания конфуцианства тесно сплетаются, образуя единый многокрасочный комплекс боевых искусств. Боевые, культовые, оздоровительные аспекты не рассматривались в Китае в отрыве друг от друга. Это было удивительное единство десятков аспектов боевых искусств, «звуков бытия», воспринимаемых китайским обществом как откровение сил Неба и Земли, данное человеку. Именно приписывание боевым искусствам священного характера не позволило им исчезнуть сразу же после того, как в них отпала жизненная необходимость, как это бывало в странах Запада.

Появление термина «ушу» отразил эти изменения в отношении к боевым искусствам. Словом «шу» обозначались многие виды «Небесного искусства», например, «искусство Дао», «искусство магов» или, например, жесты императора во время выполнения ритуала и сношения с высшими силами. Итак, к V в. боевые искусства становятся одной из самых характерных черт китайской культуры, несущей оттенок непреходящей ценности магически — ритуальной практики. В ушу в то время еще не существовало ни стилей, ни направлений, не было и кодифицированной техники, однако, у мощного древа ушу появился глубокий корень.