ГЛАВА ШЕСТАЯ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Кевин сидел в камере, обхватив голову руками. Почему я? Почему не Ли или кто-нибудь другой? Уверен, полисы видели, как Ли ударил того парня с ножом! Не ослепли же они все!

Голоса и шаги в коридоре заставили его оторваться от своих мыслей, он огляделся. Его мышцы напряглись и лицо исказилось, ругательство в адрес полицейских ублюдков по ту сторону железной двери уже готово было сорваться с его уст.

Раздался скрежет ключей и дверь отворилась. Инспектор Уэлш с опасением вошел в камеру и оглядел хулигана «Челси».

— Так, так, Кевин, я слышал, ты не очень хорошо себя вел.

— Тебе-то что?

— Ну-ну, не стоит злиться. Я всего лишь хочу задать тебе несколько вопросов. Есть кое-что, что очень меня беспокоит.

— Мне тебе не о чем рассказывать!

—А я вот думаю, что мы сумеем договориться. Разве нет? — Уэлш повернулся и вышел из камеры, знаком приказав Кевину следовать за ним.

Но Кевин остался на месте.

— Я же сказал, что не буду говорить!

— Давай, Кевин! Это не больно.

— Это угроза?

Уэлш ухмыльнулся и кивнул двум здоровым констеблям. Они вошли в камеру и схватили Кевина. Он рванулся, стряхнул их с себя, и лишь затем направился к выходу.

— Может быть, хочешь кофе, а, Кевин?

Он покачал головой.

— Чаю?

— Нет.

— Как насчет закурить?

— Нет! Ничего мне от тебя не нужно! — Кевин сел на пластиковый стул. Он оглядел комнату и заметил, что ничего не изменилось с тех пор, когда он в последний раз был задержан за участие в беспорядках. Старые плакаты на стене, омерзительно грязный пол и коппер в дверях, ковыряющий дубинкой в заднице.

— Ладно. Я уверен, что ты не будешь возражать. — Уэлш затянулся и выпустил в лицо Кевина струйку дыма.

Кевин отвернулся.

Уэлш положил на стол диктофон и нажал на запись.

— Начало допроса. Его проводит инспектор Джим Уэлш. Присутствуют сержант МакКензи и задержанный Кевин Мюррэй. Время — 21:44. Кевин, я задам вам несколько вопросов о беспорядках, случившихся на станции Лондон Бридж этим вечером, в ходе которых вы были арестованы. Ваши права вам известны. Вы уверены, что не хотите воспользоваться услугами адвоката?

— Уверен. Мне нечего скрывать.

— Хорошо. Скажите мне, что вы собирались делать на станции Лондон Бридж?

— Сесть на поезд.

— Кто был вместе с вами?

— Никого.

— Видели ли вы на станции кого-нибудь из знакомых?

— Нет.

— Вы уверены в этом?

— Да.

— Знакомы ли вы с человеком по имени Ли Джонс?

— Да.

— И вы не видели его на станции?

— Нет. Я же сказал, что никого из знакомых не видел.

— Я хочу знать наверняка. — Уэлш отпил кофе из чашки. — Мне известен тот факт, что в это время Джонс находился на станции, причем вместе с большой группой людей, многих из которых вы тоже знаете.

— Да? Кого, например?

— Джона Хоудена, Майка Хантера, Терри Джонсона, Иана Смита, Роба Уилсона — эти имена вам ни о чем не говорят?

— Я их там не видел, — на лице Кевина не дрогнул ни один мускул.

— Однако они все там были в одно и тоже время с вами. И я имею все основания полагать, что вы были вместе с ними, и вместе с ними участвовали в беспорядках.

— В таком случае вы ошибаетесь.

— Я так не думаю. Я даже думаю, что группа хорошо известных фанов «Челси» неслучайно оказалась на станции одновременно с фанами «Миллуолла». Я полагаю, что эта группа фанов «Челси» ожидала фанов из восточного Лондона. Это была хорошо спланированная засада. Не успели болельщики «Миллуолла» появиться, как были атакованы. Все это привело к серьезным беспорядкам, в ходе которых вы были задержаны. Что вы об этом думаете?

— Мне обо всем этом ничего не известно. Я был один. Я уже сказал вам об этом.

— Я скажу вам кое-что еще. Я считаю, что ваш друг, Ли Джонс, главный организатор этой засады, равно как и беспорядков на Западной трибуне Стэмфорд Бриджа сегодня днем.

— Нет. Ли никогда такими вещами не занимался.

— У меня есть достоверные сведения, что в среде фанов «Челси» Джонс известен как зачинщик беспорядков.

— Я уже сказал вам. Ли такими делами не интересуется.

— И вы тоже, если я правильно понимаю?

— Да, вполне, — ответил Кевин, глядя Уэлшу в лицо. — И я тоже.

— Тогда почему же вас задержали во время беспорядков?

— Я просто старался выбраться из толпы. Я не имею к этой драке никакого отношения.

— А что это тогда у вас на лице? — спросил Уэлш таким тоном, словно заранее знал ответ.

— Ударился о дверцу шкафа сегодня утром.

— Неужели?

— Именно так. — Кевин уже начинал беспокоиться. Он не понимал, откуда этот Уэлш так много знает. Он никак не мог решить, блефует Уэлш или нет.

— Отлично. Вернемся к сегодняшнему вечеру. Вы хотите убедить меня в том, что стали свидетелем, как на ваших знакомых напали, и не помогли им и даже не попытались остановить драку?

— Что? Остановить сотню парней, размахивающих ножами? Как вы себе это представляем? Кроме того, я же сказал, я такими вещами не занимаюсь!

— Ножами? Откуда вы знаете про ножи?

Сердце Кевина заныло. «Черт! Не стоит говорить лишнего. Спокойней».

— Я видел их у нескольких парней, вот и все.

— Вы их узнали?

— Нет.

— Могли бы вы составить их словесный портрет?

— Послушайте, я хотел как можно скорее убраться оттуда подальше, так что у меня не было желания их рассматривать!

— Вы давно знакомы с Джонсом, так? — спросил Уэлш, меняя тактику.

— Да, а что?

— Не совсем понятно, каким тогда образом вы находитесь в неведении относительно его занятий. Если он ваш друг, или даже лучший друг? Вот что меня удивляет.

— Ли, так же как и я, не занимайся беспорядками и всем таким прочим. А потом, он не обязан мне все о себе рассказывать. Как и я ему, кстати.

— Да? А своей подруге, как там ее зовут? — Уэлш заглянул и свою папку. — Ах да, как я мог забыть! Мисс Шэрон Гиллеспи. Уж она-то его хорошо знает. Как и он ее, кстати.

— Оставьте Шэрон в покое! — не выдержал Кевин.

Уэлш почуял слабое место в стальной броне Мюррэя.

— Да-да, мисс Гиллеспи. Интересно, что она знает о похождениях своего бойфренда?

— Могу еще раз повторить. Ли ни в чем не виноват.

— Но вы же сами сказали, что не рассказываете друг другу всего. Может быть, Ли рассказывает своей подруге?

— Вряд ли. Шерон ненавидит насилие и все с ним связанное.

— А наркотики?

— Наркотики? Причем тут наркотики?

— Вопросы здесь задаю я. Да, наркотики. Как Шэрон относится к наркотикам? Я имею в виду, употребляет ли она их?

— Шэрон? Наркотики! Она ненавидит наркотики и наркоманов!

— Похоже, вам многое известно о том, что о чем думает Шэрон. Вы с ней близкие друзья? Может, она побаивается Джонса, потому обратила свое внимание на вас… как на друга, конечно.

— Чушь какая-то.

— Чушь? Тогда, я думаю, для Шэрон не составит особого труда подъехать к нам и подтвердить сказанное вами.

— Не трогайте ее! Она ничего не знает!

— Ничего не знает о чем, Кевин?

Черт! Жарковато становится. Нельзя допустить, чтобы этот пидор Уэлш заманил меня в ловушку.

— Я хотел сказать, что они с Ли всего лишь встречаются. Шэрон не любит футбол, и Ли ей никогда о нем не рассказывает.

— О чем же они говорят обычно?

— Откуда я знаю? У меня нет привычки шпионить за Ли.

— Что ж, если не знаете вы, мне придется спросить об этом у нее самой.

— Я же сказал вам, Шэрон ничего не знает. Ли тоже ничего не знает, и я ничего не знаю. О чем же вы хотите, чтобы я рассказал?

— О банде отморозков из «Челси», всячески мешающим жить обычным болельщикам и простым гражданам. Я не говорю уже — о банде отморозков из «Челси», продающих экстази в ночных клубах.

— Я ничего обо всем этом не знаю, и мне непонятно, почему я еще здесь?

— Я думал, вы можете кое-что рассказать мне. Я все еще так думаю.

— Я уже сказал, что ничего не знаю. Слушайте, мне все это надоело! Я требую адвоката!

Уэлш пристально посмотрел на него. Он знал, что Кевину известны ответы на его вопросы.

— Все, допрос окончен. Время — 22:32.

Уэлш выключил диктофон и допил остывший кофе.

— Не хватит дурака валять, а, Кевин? Добавить ничего не желаешь?

Кевин молчал, только стук сердца отдавался в висках.

— Мне кажется, ты поумнее остальных.

Кевин продолжал молча смотреть на Уэлша.

— Ладно, ты знаешь, где меня найти, если передумаешь. — Уэлш встал и пошел к двери. Перед тем, как открыть ее, обернулся. — Подумай об этом на досуге, Кевин. Хорошо? — Он открыл дверь и растворился в коридоре.

Ковыряя свой дубинкой в заднице коппер сделал знак Кевину; тот поднялся и вышел следом.

Кевин сидел в обезьяннике и ждал адвоката; спиной он прижался к стене, а руки положил крест-накрест на колени. В голове непрерывно вертелись обрывки разговора с инспектором. Этот ублюдок хотел, чтобы я сдал своего лучшего друга! Никогда! Хотя Ли это бы могло успокоить. Нет, нет! Никогда не стану этого делать! Что, если кто-то узнает? Меня же просто убьют! Но как они узнают? Откуда?

Он потряс головой, чтобы положить конец вопросам, но это не помогло. Они по-прежнему крутились внутри. Он знал, что не сможет предать друга. Это, конечно, действительно остановило бы Ли, но должен же быть другой путь.

Он услышал, как в замке заскрежетал ключ, и поднялся. Его адвокат просунул голову в камеру.

— Все в порядке, мистер Мюррэй. Вы свободны.

— Слава Богу!

— Они не предъявили вам никакого обвинения, а так как ничего противозаконного вы также не сказали, то можете идти.

— Отлично! Спасибо, мистер Хатчинсон! Я ваш должник.

— Не стоит благодарностей. Кстати, могу вас подбросить.

— Если едете в сторону Стритэма.

— Так далеко, боюсь, не смогу, а до метро доброшу.

— Отлично.

Проходя мимо Уэлша, Кевин гордо выпрямился и бросил на того насмешливый взгляд.

— Не забудь того, что я сказал тебе, Кевин. До скорой встречи.

Кевин обернулся, показал средний палец, и вышел.