НА ПУТИ К ФУТБОЛУ БУДУЩЕГО ИЛИ К ДРУГОМУ ВИДУ СПОРТА?

НА ПУТИ К ФУТБОЛУ БУДУЩЕГО ИЛИ К ДРУГОМУ ВИДУ СПОРТА?

Современный спорт требует от спортсменов совсем иных физических кондиций, чем еще несколько десятилетий назад. Это касается не только индивидуальных видов, но и игровых. Если еще лет пятнадцать-двадцать назад наши хоккеисты, прилетая в Канаду, рассказывали, что иные звезды могли и покурить в уголочке раздевалки в перерыве между периодами, то сейчас такого не встретишь. Отношение к собственному здоровью как к необходимой и, пожалуй, самой значимой составной части профессии если и не поменялось радикально, то все равно изменилось всерьез: игрока с сигареткой уже, как говорят, не встретишь.

Ветераны московского «Динамо» рассказывали мне и про Яшина, который мог пропустить пятьдесят, а то и сто граммов в перерыве между таймами, и про многих других игроков той поры, когда подобное вполне можно было себе позволить. Не скажу, что сегодня подобного нет. Конечно, есть. Зырянов может уходить в загул На сколько угодно времени. Он все равно уверяет, что баня и физические упражнения приведут его в норму довольно быстро. Мол, организм мощный и быстро очищающийся от всякого алкоголя. Да и что это я вдруг про Зырянова? Видеоролики, живописующие веселые похождения многих наших футболистов, каждый из нас мог в немалых количествах смаковать в Интернете. Но общей тенденции это вовсе не отменяет: футбол и нездоровый образ жизни совместимы всё меньше.

Но меняются не только требования, которые современный спорт предъявляет к спортсменам. Меняется сам спорт. Причем изменения эти происходят то постепенно, малозаметно для глаза, то радикально меняя саму суть игры.

Когда-то, в 80-е годы, казалось, что правило с шестиметровой линией и трехочковыми бросками сделает баскетбол совершенно иной игрой. Но ничего страшного, как показала жизнь, не произошло. Это другой баскетбол, но это баскетбол. Так случилось и с изменением принципа начисления очков в волейболе. Так произошло в хоккее, когда отказались от паузы и смены ворот в середине третьего периода.

Футбол часть нововведений спокойно переварил. Присматривались с годик к англичанам, перешедшим эксперимента ради на победные три очка вместо двух, недоумевали, зачем это, если команды в итоге расположились на тех же местах, что и было бы при прежней двухочковой системе. А потом перешли на новую систему, уже и забыв, что когда-то было по-другому. Часть же изменений оказалась отвергнута самой жизнью, как правило «золотого гола», а спустя некоторое время — и пришедшее ему навстречу правило гола «серебряного».

Но на смену изменениям приходят не только многочисленные разговоры о тех или иных изменениях правил, что называется, по мелочам. Изменения правила офсайда, дополнительная дисквалификация за сознательно полученный «горчишник», даже лоббируемое Мишелем Платини введение неких оранжевых карточек — удалений не до конца матча, а на определенное время. И даже технология автоматической фиксации взятия ворот, которую обещают начать тестировать уже менее чем через год (при этом опять подопытным кроликом обещает стать Англия: уж слишком сильны переживания из-за судейской ошибки с незасчитанным голом во время последнего чемпионата мира, когда в матче Англия — Германия арбитр не отреагировал на мяч, опустившийся за линией ворот)... Все это не так сильно изменит любимую нами игру. Революция может прийти оттуда, откуда и не ждешь. Йозеф Блаттер предложил в 2022 году попробовать эксперимент — играть не два тайма по 45 минут, а три по 30. Казалось бы, ну какая в принципе разница, сущая мелочь... Да и объясняет ее глава ФИФА исключительно заботой о здоровье игроков, которым придется через десяток лет просто обугливаться на палящем солнце катарского чемпионата мира, где в июне плюс сорок в тени — обычное явление.

Но именно переход на большее число таймов, продолжительность каждого из которых становится меньше, может привести к тому, что мы получим совсем иной футбол. Очень не похожий на сегодняшний.

Ведь лишний тайм и лишний перерыв — не просто появление дополнительного времени на отдых. Сегодняшняя стратегия на первый тайм и скорректированная с учетом результатов первого тайма на второй — все это может претерпеть изменения, повторюсь, радикальные. Три тайма — это другой ритм, другое распределение усилий и энергозатрат футболистов. И если сам по себе трехчастный футбол еще не станет другим футболом, то шагом в совершенно определенном направлении станет точно. Не уверен, что мы рано или поздно придем к девяти таймам по десять минут. Но то, каким мы сегодняшний футбол знаем и любим, уже может уйти безвозвратно. Как ушли, к примеру, в прошлое классические шахматы с их сорока ходами в течение пяти часов и откладыванием партии на сорок первом ходу на завтра. Древняя игра погналась за зрелищностью и что-то точно упустила.

Допускаю, что в предельно циничном футбольном мире речь идет все-таки не столько о здоровье игроков, сколько о банальной коммерческой выгоде. Лишний перерыв — дополнительная возможность продать спиртное (или чем там будут торговать к 2022-му году) в подтрибунных помещениях, дополнительная возможность принять ставки в букмекерских конторах — словом, сплошь дополнительные поводы для извлечения прибыли. Я уж не говорю о дополнительных рекламных блоках в телетрансляциях. Так что запоминайте футбол в его сегодняшнем обличье. Возможно, дети наши и внуки будут смотреть совсем другую игру.

Возможно, иными будут и турниры, к которым мы вроде бы так привыкли. Известно, что революция, которая подспудно зреет у ведущих европейских клубов пока только в умах, рано или поздно вырвется наружу. Нынешняя система управления футболом не устраивает Ассоциацию европейских клубов и ее босса Карла-Хайнца Румменигге.

Поясним сначала, о чем идет речь и что это за организация, не слишком часто о себе пока еще заявляющая. В 2000 году была создана G14, объединившая несколько ведущих клубов Европы (вскоре она превратилась в G18). Предводимая президентом «Реала» Флорентино Пересом, группа не просто намекала на возможность отколоться от ФИФА и УЕФА — она фактически ставила ультиматум международным футбольным организациям. Причем ультиматум завершился полной и безоговорочной победой клубов: они требовали платить деньги за участие их игроков не только сборным, не только национальным федерациям, а в том числе — и самим клубам. Ведь, в конце концов, игроки — собственность клубов, они вкладываются в них, они рискуют своими деньгами. А ФИФА и УЕФА лишь обязывают клубы отпускать игроков для официальных матчей сборных — и все. В итоге ФИФА и УЕФА дрогнули. И уступили. Цели были достигнуты, G18 распустилась.

Но почувствовав, что это успех, что клубы — уже серьезная сила, с которой не просто считаются, но еще и платят, команды решили закрепить достигнутое. Тогда-то, в 2008 году, и появилась Ассоциация европейских клубов. Сегодня в ней сто девяносто один европейский клуб. От России — ЦСКА, «Спартак», «Локомотив», «Зенит» и «Рубин». УЕФА относится к этой организации вовсе не как к декорации, а реально советуется по многим ключевым вопросам управления клубным футболом. И более того — был подписан специальный «Меморандум о взаимодействии», согласно которому клубы обязуются не выходить из системы еврокубков. Договор заключался сроком на шесть лет. Поэтому не за горами уже его финишная прямая. В 2014 году действие меморандума заканчивается. И клубы всерьез намекают на то, что они вполне могут начать жить и вовсе без УЕФА и ФИФА, создав свои собственные органы управления.

В чем причина? А все очень просто. Опять камнем преткновения становятся финансовые противоречия между сборными и клубными командами. Во-первых, ФИФА всерьез собирается расширять календарь сборных (это и расширение отборочных турниров, и увеличение числа товарищеских, в том числе специальных, «выставочных» игр). Им придется играть чаще, соответственно — клубам чаще отпускать игроков в распоряжение сборных. У любого игрока есть физический предел. Он не может играть значительно больше матчей. Футболист из успешного английского клуба, который играет в еврокубках и в своей сборной, не может сыграть восемьдесят шесть матчей в году (а именно столько ему пришлось бы сыграть в результате продвигаемой реформы). Значит, клуб, который вложился в игрока, будет получать отдачу меньшую. Опять возникают противоречия.

Чтобы было понятно на пальцах: в нечетный год (когда нет чемпионатов мира и Европы) европейские сборные могут сыграть максимум тринадцать матчей. В четный — больше, если команде повезет выйти в решающую стадию. Согласно расчетам главы УЕФА Мишеля Платини, его коллег с других континентов, а также генсека ФИФА Жерома Вальке, в нечетный год календарь может вырасти уже в ближайшее время до семнадцати матчей. Пустячок? А вовсе нет! Четыре дополнительных матча — это и новые сборы, и новые паузы в национальных чемпионатах со специально организованными для этого «окнами» в календаре, и, увы, новые травмы и потери.

Основа футбола, его кровеносная система — это, конечно, не ФИФА и УЕФА, не сборные и уж точно не национальные федерации. Но клубы не допущены к принятию ключевых решений. В исполкомах международных футбольных организаций права голоса у них нет. То есть они не влияют на правила игры, на принятие решений, где проводить крупные международные турниры, на судейскую, агентскую и прочую футбольную политику.

И самый вкусный кусочек, который сильно укусить пока никак клубам не удается, — это телеправа. Это сладкое для любого понимающего человека слово! Именно телеправа, а не билетная и сувенирная выручка — главный источник доходов на крупных футбольных турнирах. И если на права на показ чемпионатов мира, которые стабильно принадлежат только ФИФА, никто вроде бы пока всерьез не покушается, то права на трансляции чемпионатов Европы и особенно еврокубковых матчей, которыми распоряжается УЕФА, подвергаются постоянному оспариванию. Клубы считают, что имеют больше прав на эти деньги, чем чиновничьи организации, которые самостоятельно аккумулируют все доходы, а потом, по итогам сезона, их распределяют.

Если отколоться от УЕФА и создать свою собственную лигу, то можно ведь вообще не делиться прибылью с УЕФА! Всем рулить самостоятельно — соблазн немалый. Поэтому не исключаю, что очень скоро вопрос об этом встанет весьма серьезно.

Утверждать, что подписавшие с российской стороны документ о создании Ассоциации клубы последуют вслед за «Баварией», «Миланом», «Реалом», «Барселоной», «Порту», не берусь. Скорее всего, они к этому не готовы. Наш клубок проблем куда более прозаичный.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.