VIII на стыке эпох

VIII на стыке эпох

АЛЕКСЕЙ СУЭТИН (СССР): «Сейчас можно нередко слышать, что шахматы стали совсем другими, чем были еще 20 – 30 лет назад. Установлен даже отсчет времени: «новые» идут от Р. Фишера».

АНАТОЛИЙ КАРПОВ (СССР): «Шахматы обязаны Фишеру тем, что он возродил к ним интерес во всем мире. Они были популярны в Советском Союзе и еще в нескольких странах, но всемирной популярности у них не было, поскольку в них отсутствовала спортивность. Миру было практически безразлично, кто получит шахматную корону – Спасский или Петросян, кто победит в турнире претендентов – Таль или Керес, Бронштейн или Корчной. А когда началось триумфальное шествие Фишера к шахматной вершине, возник спортивно-политический ажиотаж – кто возьмет верх: одиночка Фишер или сплоченная фаланга сильнейших советских гроссмейстеров. Любимый сюжет человека из толпы – один против всех! Это настолько подогревало интерес, что на какое-то время шахматы стали в мире спортом номер один».

ПОЛЬ ВАЛЕРИ (Франция): «Доминируя на международной арене в послевоенные годы, советская шахматная школа выработала научный стиль игры, основанный на минимальном риске. Все тогдашние советские гроссмейстеры предпочитали конструировать на шахматной доске солидные, но часто бесцветные позиции. Фишер отказался от бетонной логики. Всегда в поисках наиболее мощного удара он с блеском взрывал неприступные бастионы и прорывал самую плотную оборону соперников. Его сверкающий романтический стиль очаровал заскучавших было любителей шахмат».

ГАРРИ КАСПАРОВ (СССР): «Матч Петросян – Спасский в 1969 году явился, по-моему, последним матчем «прошлых шахмат». Это я для себя называю те шахматы «прошлыми»: они накопили огромный заряд некой потенциальной энергии, которая должна была выплеснуться… Словом, идеи, знания, вклад в теорию, игровой опыт пяти советских чемпионов создали огромный количественный запас, который вот-вот должен был дать сдвиг в качестве игры, найти свое новое воплощение. И следующего чемпиона мира Роберта Фишера я считаю таким воплощением и, как это ни парадоксально, продолжателем советских шахматных традиций. Потому что он рос на тех накоплениях, которые подарила миру наша отечественная шахматная школа. Именно с Фишера, на мой взгляд, начались современные шахматы. Он понимал их на уровне 80-х годов – это сейчас стало особенно видно…»

АНАТОЛИЙ КАРПОВ (СССР): «При Петросяне и Спасском шахматы «помягчели». Шахматисты стали слишком уважать друг друга за доской, позволяли себе передышки и в ходе партии, и в соревновании. И тут явился Фишер и заставил их играть так, как это было при Ботвиннике (только на более высоком уровне), отчего они уже успели отвыкнуть: все пять часов – в напряженнейшей борьбе. Этого не ждали. Возможно, именно этим, главным образом, и объясняются разгромы, которые терпели от Фишера большие шахматисты.

Фишер вернул шахматам остроту, ужесточил их, довел спортивную сторону до предела: борьба до «голых королей». Он еще выше поднял универсализм, демонстрируя удивительную технику реализации преимущества, прекрасную комбинационную и позиционную игру, чувство инициативы и умение атаковать. Но наиболее характерна для него была спортивная закваска: использование в борьбе всех шансов до последнего».

МИХАИЛ БОТВИННИК (СССР): «Лет десять назад, перед матчем Спасский – Фишер, я имел неосторожность высказать такой прогноз: чем бы этот матч не окончился, следующее десятилетие пройдет под знаком соперничества между этими двумя гроссмейстерами. И ошибся – ни тот, ни другой после 1972 года в борьбе за мировое первенство не участвовали…»

ЛЮБОМИР ЛЮБОЕВИЧ (Югославия): «Я думаю, что Фишер – один из самых крупных шахматистов всех времен. Во всяком случае, сравнивая его партии с партиями шахматистов прошлого и настоящего, приходишь к выводу, что по качеству игры он был самым большим шахматистом мира. И совершенно ясно, что Карпов, у которого не было шансов встретиться в матче с Фишером, должен был постоянно доказывать, что он и есть подлинный чемпион мира, хоть и без сыгранного матча. Поэтому Карпов и достиг своих почти невероятных успехов на турнирах…»

ГАРРИ КАСПАРОВ (СССР): «Когда в начале 70-х годов у Фишера появился достойный соперник – Анатолий Карпов, стало ясно, что их матчи покажут, какими путями будут развиваться шахматы дальше. Карпов остался один, поскольку равным ему игроком, убежден, был тогда только Фишер. И Карпов начал легко побеждать соперников на всех турнирах… К тому же произошел разрыв в возрастной цепочке, в претендентских матчах играли преимущественно шахматисты старше чемпиона. Мое поколение в этом отношении оказалось более удачливым».

АРТУР ЮСУПОВ (СССР): «Ведущие шахматисты пользуются всей шахматной палитрой. Однако мне кажется закономерным, что после Фишера, шахматиста универсального плана, чемпионом мира стал Карпов, шахматист-практик. Его же сменил на шахматном Олимпе Каспаров, представитель направления «исследователей». Думаю, это свидетельствует о постоянном развитии шахмат».

ГАРРИ КАСПАРОВ (СССР): «Каждый чемпион принадлежит только своей эпохе. Бобби Фишер обладал огромной силой, но сегодняшний уровень уже намного выше. В 1972 году, когда Фишер нарушил советское превосходство в шахматах, достаточно было иметь несколько домашних заготовок, чтобы выиграть. Сегодня этого мало, приходится считаться еще с прогрессом, достигнутым благодаря привлечению компьютepов к анализу».