Борис Харламов, отец Валерия Харламова

Борис Харламов, отец Валерия Харламова

…Как вот рассказывать об ушедшем сыне, когда ничего еще не отстоялось, не отболело – да и не отболит никогда?

Я все же начну с того, каким он был сыном… Без этого ведь и не понять его характера, не понять, что за человек он, почему никакая слава не могла его испортить, оторвать от дома, где он вырос.

Валерий нигде так хорошо, спокойно себя не чувствовал, как в родительском доме. Здесь он всегда отдыхал душой.

Конечно, он много, больше времени, уж чего там говорить, бывал на людях. И похоже, что быть ему у всех на виду совсем легко, по душе. Легко он и с людьми сходился, умел быть на редкость верным в дружбе. В компании – прямо первый заводила, самый веселый, самый заводной и шумный, и за словом в карман не полезет, и станцует так, что сразу материнская, испанская кровь почувствуется.

А иногда – вот, скажем, по телевидению приходится выступить – он чего-то насупится, говорит неохотно, не пошутит… Думаю, что при всей его безотказности в товариществе тянуло Валерия и одному побыть.

Товарищам он отказать всегда стеснялся – когда до женитьбы еще жил в Тушино, телефон в его квартире звонил беспрестанно, как только узнавали, что он приехал.

К матери он относился очень уважительно, больше всего боялся огорчить ее чем-нибудь. Знал: она за него волнуется так, что и давление, случалось, подскочит, и всегда, если задерживался, где бы там ни был, никогда не забывал позвонить, предупредить, успокоить…

В хоккее он рано стал самостоятельным, взрослым. А все-таки, думаю, влияние нашей семьи рабочей – мы с женой почти всю жизнь на заводе «Коммунар» проработали – сказывалось, хотя он вроде и по другой линии пошел: большой спорт, армия. Я замечал, что на заводе, когда приглашали Валерия встретиться, выступить, он всегда чувствовал себя очень свободно, по-домашнему.

Мальчишкой он летом обычно жил в заводском пионерлагере. И уже став игроком знаменитым, обязательно приезжал к ребятам каждый год, относился к ним вроде как к братьям младшим, рассказывал им подробно о хоккейных делах, о том, что видел в разных странах, – очень у него это получалось складно и весело.

…У нас с сыном отношения были товарищеские – ничего мы друг от друга не скрывали. Я-то болельщик, ни одной игры не пропускал, знал всех друзей Валерия, всех игроков, с которыми он играл, еще с юношеских команд. Мой интерес к его спортивной жизни понятен и без объяснений. Но вот что меня особенно радовало: и Валерия мои заводские дела интересовали, всегда, бывало, спросит: как там у тебя и что… К друзьям моим относился со всем расположением…