Федотов, Бобров и незабвенный Николай Николаевич Воронов

Федотов, Бобров и незабвенный Николай Николаевич Воронов

Повторюсь: тот сезон (1948 года), точнее, его начало, складывалось для армейцев не лучшим образом. Команда искала свою игру, в определенной степени перестраивалась, что неизбежно сказывалось на качестве выступлений и, соответственно, приводило к потере очков. Это, правда, не вызывало у тренеров особого беспокойства, но именно в этот, не лучший для коллектива период, к команде стало проявляться повышенное внимание со стороны военного руководства.

Я как-то уже говорил, что высокое начальство, исключая прямых кураторов команды – работников Политуправления Красной Армии, – особой опекой футболистов не баловало. Нам это, честно говоря, было на руку. Атмосфера в команде всегда была здоровой, товарищеской, и всякое вмешательство в наши внутренние дела пусть даже самое доброжелательное, вряд ли принесло бы пользу. В то же время, у команды были истинные друзья в лице некоторых крупных военачальников, отношениями с которыми мы очень дорожили.

Наш верный почитатель и добровольный помощник Николай Николаевич Воронов, несмотря на большую занятость по службе, часто приходил на стадион ЦДКА в Сокольниках, чтобы дружески пообщаться с ребятами, да и матчей, если они проходили в Москве, старался не пропускать. Как у каждого горячего болельщика, да простят мне этот термин в применении к Главному маршалу артиллерии, у него были свои причуды. Заглянет на тренировку накануне встречи и советуется с футболистами о том, в каком плаще на матч прийти – был у него один особенно «счастливый». И примета была особая: если мы, мол, на тринадцатой минуте забьем гол, то непременно победим. И, знаете, сходилось. Как-то получалось, что мы нередко открывали счет именно на «несчастливой» тринадцатой минуте, и тогда обязательно побеждали. Да и пошутить маршал был непрочь. Помню, говорит он как-то нашему «пионеру», Володе Демину: «Не горюй, браток, я тебе полметра своего роста отдам…». А сам он, надо заметить, роста был гренадерского – два метра, а может, и более того.

Словом, Воронов был для нас своим человеком, и частые встречи с ним были к обоюдному удовольствию. А тут, после первых матчей чемпионата сорок восьмого года, всех взбудоражило известие о том, что команду приглашает к себе Маршал Советского Союза Н. А. Булганин, возглавлявший военное ведомство страны. Ну что ж, раз сам министр решил встретиться с футболистами, значит дела наши его действительно беспокоят, значит, жди разноса, накачки…

Но опасения оказались напрасными. Булганин принял команду в своем рабочем кабинете тепло и приветливо. Внимательно выслушал руководство команды, никого не прервав, не сделав замечаний. Откровенно говоря, я был немало удивлен таким ходом встречи, как, впрочем и тем, что у министра нашлись добрые слова для футболистов команды, игравшей на том этапе далеко не лучшим образом. Булганин нас, конечно, покритиковал, не преминул напомнить о том, что команда ЦДКА является офицерским коллективом, подразделением Вооруженных Сил, и это обстоятельство накладывает на спортсменов большую ответственность.

Министр подробно расспрашивал о наших нуждах, о том, как мы живем. И, как мне показалось, удивился, узнав, что ни один игрок основного состава не имеет не то что отдельной квартиры, но даже своей комнаты. По-моему, это его задело. Во всяком случае, он тут же приказал присутствовавшему на встрече генералу из службы тыла обеспечить футболистов жильем.

Вот на такой приятной и обнадеживающей для нас ноте завершилась эта встреча. На прощание Н. А. Булганин попросил футболистов еще больше, серьезнее работать над повышением спортивного мастерства, пожелал успехов в чемпионате страны.

Что ни говори, а встреча с маршалом, министром для нас, людей военных, не могла и не должна была пройти бесследно. Тем более, что разговор состоялся откровенный, заинтересованный. Да и допинг в виде обещанных квартир футболистам был не безразличен. Каждому понятно, как тяжело людям, обремененным семьями, годами мыкаться по гостиницам и общежитиям. Уезжаешь, бывало, в другой город, тренируешься, играешь, а мыслями все равно в Москве: как там семья живет, может, не выселяют ли из гостиницы или еще что-либо в этом роде. Да и для семейного бюджета, особенно при нашем офицерском жаловании, «усиленном» не столь уж часто выпадающими премиальными, гостиничная жизнь достаточно накладна.

Но вот какие соображения возникают, когда сейчас задумываешься о своей футбольной молодости, – в нашем армейском коллективе не принято было вести разговоры о бытовых неурядицах, квартирной неустроенности и уж совсем недопустимо – обращаться к руководству с просьбами об улучшении жилищных условий, хотя таким добропорядочным семейным людям, как Григорий Иванович Федотов или Алексей Григорьевич Гринин, ох как нелегко давалось бесконечное скитание по чужим углам. И дело тут не в какой-то сверхскромности, а, скорее в том, что все мы видели, как тяжело живут люди вокруг нас, как не устроены в бытовом отношении многие наши знакомые, в том числе популярнейшие артисты, музыканты, писатели. О «простых» людях я уже не говорю. Но было бы неверным полагать, что при всей своей беспредельной увлеченности делом, кто-то из футболистов не мечтал о своей квартире, о той поре, когда после тренировки или матча будет отдыхать не в гостиничном номере, а в своей комнате, в окружении столь же удовлетворенных судьбой домочадцев.

Слово министра, к счастью, не разошлось с делом. Квартиры подобрали довольно быстро, причем вся наша славная пятерка форвардов – кто-то ведь позаботился и об этом! – дружно и весело поселилась в только что построенном доме у станции метро «Сокол».

В этом доме я живу и сейчас. По соседству проживают семьи Федотова, Гринина, Боброва. Как это ни прискорбно, но сегодня приходится только вспоминать с признательностью и грустью те дорогие сердцу времена, когда после матчей, отдохнув немного и пообщавшись с женами и детьми, выходили в свой зеленый, очень чистый и уютный двор, и вели бесконечные разговоры о нашем футбольном деле, о команде, о том, как играли вчера и как должны играть завтра. Увы, время бежит неумолимо, и замечательных моих друзей, выдающихся мастеров мяча, уже нет среди нас. Осталась только благодарная память о днях и годах, прожитых вместе, о радости общих побед и горечи общих поражений. А двор осиротел, и сегодня, прогуливаясь под тенистыми кронами деревьев, я невольно думаю о том, как хорошо нам было здесь всем вместе, когда спорили до хрипоты, мечтали о будущем…

Дружеская спайка в футбольном коллективе, впрочем, как и в любой игровой команде, далеко не последнее дело. Я бы даже сказал, что без нее очень трудно рассчитывать на длительный и прочный успех. «Взорваться», блеснуть мастерством в одном матче, в одном турнире способны многие команды, но постоянно, годами, держаться на гребне чемпионской волны, поддерживать, наращивать класс выступлений может только коллектив, в котором, помимо прочных игровых связей между спортсменами, существуют не менее прочные дружеские отношения. Для меня это аксиома, которая не требует доказательств. Наша «команда лейтенантов» утвердила этот принцип своими достижениями, начиная с сорок пятого и кончая пятьдесят первым годом. Ошибаются иные тренеры, полагая, что достаточно собрать вместе прекрасных солистов, и успех обеспечен, вполне возможно, что на первых порах ансамбль будет звучать мощно и стройно, однако со временем каждый исполнитель неизбежно станет вести свою партию, и тогда не жди аплодисментов.

Это я к тому, что очень сложно бывает создать крепкую команду, ориентируясь только на игровые качества спортсменов и, не придавая должного внимания их чисто человеческим свойствам: умению жить в коллективе, руководствоваться в каждом своем поступке прежде всего общими интересами, подчиняя им свои личные, доброжелательностью и тактом в обращении с товарищами и тренерами, готовностью всегда прийти им на помощь, – в спортивном сражении и, что не менее важно – в жизни. Поймите меня правильно, я категорически против того, чтобы все как один члены команды «дружно» любили театр или рыбалку – люди тем и ценны, что каждый из них индивидуален в своих вкусах, привычках, образе жизни. Но я за то, что если уж ты играешь в футбол, то твои помыслы и действия, связанные со спортивной деятельностью, должны быть полностью созвучны помыслам и действиям товарищей.

Будущие тренеры команды ЦСКА 60–70 годов:

Слева направо: В. Чистохвалов, В. Николаев, В. Соловьев.

Хочется надеяться на то, что, прочитав довольно пространные, как кому-то может показаться, сентенции на тему спортивного коллектива, любители спорта не упрекнут меня в назидательности, желании выдать свои мысли за абсолют. Далек от этого. В конце концов, каждый тренер идет к избранной цели своим путем, но, мне кажется, кому-то вполне может пригодиться что-либо из опыта ЦДКА, его наставника Бориса Андреевича Аркадьева, умевшего, уверяю вас, подбирать коллектив и работать с ним, и из моих собственных наблюдений.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ВСЕВОЛОД БОБРОВ

Из книги 100 великих футболистов автора Малов Владимир Игоревич

ВСЕВОЛОД БОБРОВ (1922—1979)Выступал за команды ЦДКА, ВВС, «Спартак» Москва. В 1952 году сыграл 3 матча за сборную СССР.О Всеволоде Боброве сложено множество легенд, живописующих как его небывалые свершения на футбольном поле и хоккейной площадке, так и многие обстоятельства


ГРИГОРИЙ ФЕДОТОВ

Из книги Форварды автора Филатов Лев Иванович

ГРИГОРИЙ ФЕДОТОВ В своей книге «Звезды большого футбола» Николай Старостин писал: «Достаточно мне было увидеть Григория Федотова в раздевалке, как я с первого же взгляда понял, что это незаурядный игрок».Вот как, еще не на поле, а в раздевалке! И это верно. Не только


ВСЕВОЛОД БОБРОВ

Из книги Я - из ЦДКА! автора Николаев Валентин Александрович

ВСЕВОЛОД БОБРОВ О Всеволоде Боброве столько написано, что теряешься: а можно ли что-то сказать, не слишком повторяясь?Начну, может быть, и со скучноватого, зато с точного – с цифр, которые оставил нам на память о себе Бобров.В пяти чемпионатах он играл за ЦДКА. И вот как


ВЛАДИМИР ФЕДОТОВ

Из книги Всеволод Бобров - гений прорыва автора Пахомов Владимир Николаевич

ВЛАДИМИР ФЕДОТОВ Был я однажды в турне со сборной командой. Вдруг среди руководителей команды возник шумок: «Безобразие, Михаил Месхи скупает журналы со своими фотографиями… Экая нескромность!» Левому крайнему нападения было сделано внушение. Сразу после


И засверкала ярчайшая звезда – Всеволод Бобров

Из книги Борис Аркадьев автора Горбунов Александр Аркадьевич

И засверкала ярчайшая звезда – Всеволод Бобров Он появился весной 1945 года. До этого прославился в русском хоккее, обратил на себя внимание футбольных специалистов. Борис Андреевич Аркадьев мог пригласить Всеволода Боброва годом раньше, но этого не сделал. Почему? Не


«Надо помочь. Бобров»

Из книги Психологический анализ в большом футболе автора Хигир Борис Юрьевич

«Надо помочь. Бобров» Спортивная слава… Кому в детстве или юности не виделись в мечтах рукоплещущие стадионы, кто хоть раз мысленно не стоял на вершине пьедестала почета! А приходит она к единицам, к счастливцам, к избранникам судьбы. Приходит и ложится на их плечи


Григорий Федотов, заслуженный мастер спорта. Послевоенный сезон

Из книги Тайны советского футбола [litres] автора Смирнов Дмитрий

Григорий Федотов, заслуженный мастер спорта. Послевоенный сезон Накануне сезона много событий произошло в нашем коллективе армейских футболистов. «Виновником» этого оказался новый тренер Борис Андреевич Аркадьев.Приход в команду Бориса Андреевича Аркадьева был


Южанин Николай Николаевич (октябрь)

Из книги Вся подноготная футбола. АНТИэнциклопедия народной игры (сборник) автора Яременко Николай Николаевич

Южанин Николай Николаевич (октябрь) Родился 14 октября 1963 г. Экс-тренер «Кубани» (Краснодар) Имя Николай, так же, как и отчество – от греческого – «победитель народов». Фамилия означает буквально – «человек с юга», и действительно – он уроженец Краснодара. Внешне очень


Борис Бобров

Из книги «Спартак». ЦСКА. «Зенит». «Анжи». Кто умрет первым? Страшные тайны российского футбола автора Яременко Николай Николаевич


Владимир Федотов

Из книги 100 знаменитых спортсменов автора Хорошевский Андрей Юрьевич


Николай Николаевич Яременко «СПАРТАК». ЦСКА. «ЗЕНИТ». «АНЖИ». Кто умрет первым? Страшные тайны российского футбола

Из книги автора

Николай Николаевич Яременко «СПАРТАК». ЦСКА. «ЗЕНИТ». «АНЖИ». Кто умрет первым? Страшные тайны российского футбола Предисловие ПРО КНИГИ НИКОЛАЯ ЯРЕМЕНКО И ПРО САМОГО НИКОЛАЯ ЯРЕМЕНКО У меня есть свои ритуалы. На то я и специальный паренек. Я не умею читать запоем — книги


Всеволод Бобров, заслуженный тренер СССР

Из книги автора

Всеволод Бобров, заслуженный тренер СССР В тройку к Петрову и Михайлову Валерий Харламов был подключен несколько позже, примерно в конце 1968 года.Отлично помню матч его дебюта. На лед вышел худенький, небольшого роста паренек. На разминке он выглядел эдаким насупившимся


Всеволод Бобров

Из книги автора

Всеволод Бобров Когда мы познакомились, Виктор мне рассказал, что во дворе у него была кличка Кыра. Я поинтересовалась, а почему Кыра? Оказывается, картавил очень сильно. Но в 1953 году он уже безо всяких дефектов говорил – никакой картавости. Виктор обладал такой