Синъицюань — мистерия «пяти стихий»

Синъицюань — мистерия «пяти стихий»

Лишь встал в правильную позицию — тотчас прозрел Дао. Вот каково искусство синъицюань!

Го Юньшэнь, мастер синъицюань (XIX в.)

Земные соответствия космических «стихий»

Особенность «внутренних» стилей заключалась в том, чтобы свести космические трансформации к ряду земных соответствий, вследствие чего каждый прием обретал символическое звучание. В багуачжан, например, все сведено к взаимопереходу 64 гексаграмм, в тайцзицюань — к переживанию Великого предела, в синъицюань — к «взаимопорождению» и «взаимопреодолению» «пяти стихий».

Пример синъицюань в данном случае достаточно показателен. Этот стиль считается самым сложным из всех «внутренних» школ. Он родился значительно раньше, чем тайцзицюань и багуачжан, вышел из обыкновенного боя с копьем и первоначально не предполагал никаких особых духовных тонкостей. Но в среде закрытых даосских школ он превратился в самый мистический стиль традиционного ушу.

Само название «Кулак формы и воли» (синъицюань) понимается как символ единства внешнего и внутреннего в человеке. И хотя сейчас простейшие комплексы синъицюань изучают в КНР даже в институтах физкультуры, на овладение лишь основами внутренних принципов уходит не менее семи лет. Сегодня найдется немного энтузиастов, посвятивших десятки лет истинному стилю синъицюань. Автору этих строк неоднократно приходилось видеть, как синъицюань практикуется в качестве утренней гимнастики под музыку, причем на той же площадке и под те же ритмы танцуют вальс, который стал одной из простейших форм утренней разминки. Традиционный же синъицюань, несмотря на его внешнюю простоту, по глубине превосходит даже тайцзицюань.

Сущность теории синъицюань заключается в том, что каждой из «стихий» («элементов») китайской натурфилософии — металлу, дереву, огню, воде, земле — соответствуют пять базовых ударов — «рубящий», «пробивающий» (прямой), «буравящий», «взрывающийся» и «отводящий». «Пять стихий», в свою очередь, имеют целый ряд соответствий — соотносятся со сторонами света, «энергетическими каналами» в теле человека, внутренними органами и т. д. Таким образом, всего лишь одно правильное движение, выполненное, как учили мастера, «с истинным настроем сознания», может породить в нем целую цепь космических соответствий.

Например, первый из пяти канонических приемов синъицюань, «рубящий» удар ладонью (пичжан) корреспондирует со «стихией» металл. Его образ — металлический топор, разрубающий дерево. Этой «стихии» соответствует внутренний орган — легкие, сторона света — запад, часть лица — нос.

Второе важнейшее движение — прямой удар кулаком (бэнцюань). Он соответствует «стихии» дерево, стороне света — востоку. В теле человека он соотносится с точкой цзяцзи, расположенной в центре заднесрединного меридиана на спине, на линии, соединяющей лопатки. Эта точка считается одной из трех важнейших «застав» в теле человека, где может застаиваться ци, что вызывает, например, болезни сердца и легких. Бэнцюань стимулирует ци селезенки, улучшает зрение, раскрывает «меридианы» («каналы») толстого кишечника и перикарда. Образ, с которым связан бэнцюань, стрела. Боец представляет, как стрела, выпущенная из тугого лука, вонзается в дерево — сухо, резко и почти незаметно. Именно так и должен наноситься удар бэнцюань. Большинство ударов наносятся не кулаком, а выставленной вперед второй фалангой указательного пальца — «глазом феникса», а также пальцами и ладонью. Любая атака — это короткий резкий взрыв, направленный на «выброс внутреннего усилия», поэтому внешне синъицюань выглядит как крайне жесткий стиль. Все удары наносятся с близкой дистанции в основном руками. Практически каждая атака нацелена на болевую точку, причем в синъицюань разработана сложная теория сочетания ударов и нажимов на уязвимые точки человеческого тела.

Ведущие мастера синъицюань считают, что собственно приемов в синъицюань не существует — есть лишь принципы, которые затрагивают не физическое движение, а трансформации ци внутри организма. Например, всякое движение, будь то удар или простой шаг, сочетает в себе две фазы: «закрытую» (хэ) и «открытую» (кай). Они соответствуют концентрации «внутреннего усилия» и его «выбросу», а в метафизическом плане понимаются как взаимопереход инь и ян.

«Пять стихий» связаны между собой двумя типами отношений — «взаимодополнением» («взаимопорождением») и «взаимоотрицанием» («взаимопреодолением»), причем оба процесса происходят одновременно. Эти принципы взаимодействия и положены в основу теории атаки и защиты в синъицюань: линия «взаимоотрицания» используется в символике приемов защиты, линия «взаимопорождения» — в символике развития атаки и перехода от одного приема к другому.

Великий Сунь Лутан считал, что «помимо „Кулака пяти стихий“ в синъицюань можно ничего не изучать» [216]. Рассказывают, что сам он под конец жизни выполнял лишь комплекс «пяти стихий», причем его внутреннее мастерство росло день ото дня.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.